There are no translations available.

Будучи кочевым народом, кыргызы не ограничивались лишь разведением животных. В систему материального производства входили и другие сферы деятельности, тесно связанные с основной отраслью. Несмотря на преобладающее значение скотоводства, земледелие также получило достаточное развитие. 
Оно давало кочевникам необходимые продукты растениеводства. Прогрессирующее развитие земледелия у части кочевников в XVII-XVIII вв. историки расценивают как "начало глубинного широкого процесса, намечавшегося у киргизов в период окончательного расселения на определенной территории". Тенденция роста в последующее время обрела необратимый характер, способствуя одновременно использованию элементов интенсивного ведения скотоводческого хозяйства.
О сравнительно широком развитии земледелия свидетельствуют письменные источники и материалы Рукописного фонда Национального центра манасоведения и художественной культуры HAH KP, а также полевые исследования, проведенные сотрудниками Института истории HAH KP. В частности, во второй половине XIX в., описывая распространение хлебопашества в Восточном Прииссыккулье, источники отмечали: "Во всю дорогу нашу я нигде не видывал такого изобилия в хлебе, как здесь: пшеница, ярица, овес, горох и другие произрастания имеют тут самое цветущее состояние". О том, что почти все "черные киргизы" занимались хлебопашеством и что оно развито более, чем у киргизов Большой Орды (т.е. у казахов),
сообщалось и в одном из ранних русских источников. Созвучные сведения приводит и Ч. Валиханов: "Только земледелие составляет общенародное занятие. Каждый киргиз сеет хлеб и - относительно потребности номада в этом продукте - в большом количестве". Пшеницу и просо выращивали в долине Ат-Баши - на высоте 6700 футов.
Однако это вовсе не означает, что земледелие - вторая по значению отрасль хозяйственных занятий кочевников-кыргызов - было повсеместно хорошо развито и имело товарную направленность. Несмотря на сравнительно широкий ассортимент сельскохозяйственных культур и постепенное увеличение посевных площадей, оно играло менее значимую роль, чем скотоводство. Это подтверждают факты обращения части пахотных участков в покосы.
"Если в 1870 г. менее половины киргизов Северной Киргизии только имели посевы, писали русские историки того времени, - то к моменту переписи (1897 г.) у большинства из них земледелие стало уже основным занятием. Тем не менее, у части киргизского населения оно оставалось второстепенным занятием".
И все же абсолютное большинство населения, имеющее в хозяйстве определенное количество скота, обеспечивало себя продуктами земледелия, что свидетельствует о потребительском характере данной отрасли. По мнению авторитетных ученых-историков, это было преимущественно кочевническим земледелием: "Кочевническим мы его называем потому, что кочевник после посева продолжал кочевать, оставив свою пашню до созревания урожая (и только изредка наведываясь, чтобы полить пашню), после чего такой земледелец-кочевник снова появлялся на своем поле, убирал его и, обмолотив урожай и зарыв его в ямы, снова отправлялся кочевать. Таким образом, земледелием кочевник занимался как бы попутно и занятие это приспосабливал к основному своему занятию". В целом, соглашаясь с таким мнением, еле дует отметить, что уже во второй половине XIX в. существовала определенная категория людей, занимавшихся земледелием - эгинчи.